От протестантизма в православие

Сергей Комаров. Бывает, что человек уже тянется к Богу, но ещё не может сказать, во что верит. Почему вы, почувствовав это притяжение, сначала пришли в протестантскую общину?

Иерей Александр Пермяков. В школьные годы он считал себя атеистом, участвовал в пионерской работе и умел составлять конспекты по марксизму. В студенческие годы знакомые рассказывали ему о вещах, которые не укладывались в прежние объяснения. Он начал читать русских религиозных авторов и искать другие ответы на знакомые вопросы.

Сильное впечатление на него произвёл роман Булгакова «Мастер и Маргарита». Тогда он принял романное изображение Иисуса за возможное объяснение Его жизни. В дальнейшем чтение Библии привело его к вопросам, на которые уже нельзя было ответить одним романом или прежней системой убеждений.

Иерей Александр Пермяков. Он ответил, что пока понимает мало. Разговор продолжился, и новые знакомые стали звать его к себе. Для него была важна возможность увидеть, как эти люди дружат и говорят о личном опыте. Он вспоминает общение молодых людей, в котором можно было разговаривать о переживаниях без необходимости изображать уверенность.

Он говорит и о своём первом сильном духовном впечатлении. Тогда ему показалось, что в нём началась работа, смысла которой он ещё не мог объяснить. О людях, с которыми познакомился в это время, отец Александр сохраняет светлые воспоминания.

В разговоре о разных способах учить вере он отмечает доступность постепенного объяснения: сначала человек знакомится с несколькими понятными местами из Библии, потом может двигаться дальше. Для начинающего это проще, чем сразу встретиться с большим количеством текстов и правил, между которыми он ещё не умеет видеть связь.

Иерей Александр Пермяков. Он вспоминает ситуации, когда протестанты возражали против явлений, которые и православные собеседники не готовы были одобрять. Само название конфессии не позволяло заранее понять, как человек относится к конкретному поступку. Отец Александр предлагает выяснять, что именно собеседник критикует.

Затем он говорит о первых христианах и об опыте общины, которая существовала ещё до того, как был закреплён привычный канон Нового Завета. Дальше речь заходит о стремлении восстановить определённую эпоху. В православной среде, по наблюдению отца Александра, таким образцом нередко становится позднейшее устройство церковной жизни при империи.

Его вопрос к обоим подходам состоит в том, что именно они хотят сохранить. Доверие, проповедь и общая молитва первых христиан и формы управления более позднего времени — разные стороны опыта. От выбора образца, говорит отец Александр, зависит, как община будет встречать человека извне.

Иерей Александр Пермяков. Сначала нужно принять человека с любовью и дать ему возможность рассказать, что привело его к этому решению. Состояние прежней общины ещё не отвечает на вопрос, как устроить встречу с новым приходом. Тем более нельзя по одному посещению службы считать, что у человека уже есть духовник, друзья и понимание происходящего.

Он различает посещение храма и знакомство с верой. Кто-то приходит с ожиданием, что венчание, освящение или другое действие автоматически решит семейную проблему. Если с ним никто не поговорил о том, как сама Церковь понимает это действие, у него сохраняется прежнее ожидание, даже если он стал чаще бывать в храме.

Собеседники обсуждают катехизацию, добровольцев и людей, готовых оставаться на приходе ради общения после службы. Вопрос постепенно переходит к тому, где человек может задать простой вопрос или рассказать, что с ним произошло, без необходимости сразу говорить на привычном для прихода языке.

Иерей Александр Пермяков. Бог, по его словам, присутствует и за стенами храма. Важно, продолжается ли общение после богослужения. Отец Александр описывает место, где люди могут дружить, рассказать о беде, попросить поддержки и знать, что их выслушают. Присутствие священника в таком общении помогает знакомству перерасти в отношения.

В другом примере он вспоминает православные приходы в США. У них своя история и свои способы устраивать общую жизнь. Для отца Александра эти наблюдения помогают отделить церковное содержание от культурных привычек, которые человек может не принять сразу. Приходу всё равно предстоит терпеливо объяснять то, что для постоянных прихожан давно знакомо.

Иерей Александр Пермяков. Он предлагает представить человека, который с почтением обращается с печатной Библией. Бумага и переплёт сами по себе остаются вещами. Отношение к книге определяется тем, какое содержание через них доступно читателю. Отец Александр использует этот пример, чтобы объяснить, как почтение к изображению связано с тем, кто на нём изображён.

В разговоре о свече он ставит обратный вопрос: не приписывает ли человек самому предмету действие, которого от него ожидать нельзя? Свеча может выразить молитву и напомнить о добрых делах. Она не становится способом вызвать благодать за счёт правильного исполнения привычного действия.

Сергей Комаров. Помимо икон есть почитание Богородицы, вопрос о спасении, молитва об умерших и другие различия. Сначала вы нашли ответы на них или часть вопросов решалась уже после перехода?

Иерей Александр Пермяков. Прийти к вере только через понятия или только через сильное чувство, по его мнению, недостаточно. Он предлагает обратиться к выражению «Новый Завет». На Тайной вечере Христос говорит о чаше. Теперь теми же словами мы называем собрание книг. Отсюда возникает вопрос, как христиане узнали, какие книги должны войти в это собрание.

Отец Александр отмечает, что сам канон книг связан с историей Церкви. Следом задаёт вопрос, почему к одному полученному от Церкви наследию христианин готов отнестись как к авторитетному, а другое заранее оставляет в стороне. В качестве примеров он называет литургический канон и иконографию: в них, по его мысли, Церковь сохраняет своё понимание веры наряду с книгами.

Иерей Александр Пермяков. Он не говорит, что в протестантской общине им двигало одно только чувство. Действие Духа, по его убеждению, не исчерпывается моментом, когда он уже стал православным. Теперь у него другой взгляд и на пережитое прежде, и на готовность сказать о себе, что он родился свыше.

Он вспоминает, как в знакомой ему среде ожидалось уверенное свидетельство человека о собственном спасении. Сам он предлагает вернуться к тринадцатой главе Первого послания к Коринфянам и проверить, появляется ли в его жизни терпение и любовь, о которых говорит Павел.

В этом ответе он напоминает слова Христа ученикам о том, что они могут не понимать, какого они духа. Уверенность в своей духовной оценке, говорит отец Александр, легко принять за саму перемену. Пример учеников показывает, что и людям, которые шли за Христом, требовалось время, чтобы понять себя.

Иерей Александр Пермяков. В день Пятидесятницы многие услышали проповедь Петра и крестились. Отец Александр предлагает мысленно представить, что произошло бы, если бы эти люди после обращения сразу оставили земную жизнь. Его интересует обратное: они остаются среди других людей, и через это у новых собеседников появляется возможность услышать Евангелие.

Он вспоминает, что протестанты нашли понятные ему слова о спасении. Тогда он даже хотел соединить то, что ценил в нескольких общинах. В рассказе о беседе с православным священником отец Александр возвращается к вопросу, что человек берёт из прежнего опыта и как учится видеть целую церковную жизнь.

Пример из собственной семьи он приводит в ответ на вопрос о наследии. Сведения о православных священниках и старообрядческих наставниках в роду оказались неожиданными на фоне его воспитания. Для него это ещё один случай, когда история человека сложнее, чем представление, которое у него о себе уже было.

Иерей Александр Пермяков. Он связывает миссию с духовной жизнью. Для разговора о Христе, по его мысли, сначала надо заметить собственное расположение к человеку и собственное желание показаться правым. Отец Александр рассказывает о случае, когда по манере говорить люди казались смиренными, а по содержанию разговора было трудно увидеть это качество.

В другом примере он говорит о том, как учатся у человека с опытом. Можно прочитать наставление о смирении и всё ещё не знать, как оно выглядит в обычном общении. Наблюдение за другим, беседа и общая молитва дают возможность увидеть то, чего одной формулировкой не передать.

Иерей Александр Пермяков. Он вспоминает экзамен, который сдавал сам, хотя знал, что за него молятся другие. Для него результат связан и с теми людьми, чьей поддержки он просил. Дальше он говорит о Церкви как об общении, которое не ограничивается знакомыми, живущими рядом.

В качестве неожиданного для слушателей примера отец Александр пересказывает письмо, в котором человек из баптистской среды обращался к умершему единоверцу и говорил о том, что тот сделал для семьи. От этой истории он переходит к тому, что для православного обращение к святому связано с просьбой о молитве. Оно продолжается в том же опыте, в котором человек просит о молитве соседа или другого прихожанина.

Иерей Александр Пермяков. Исполнение заповедей позволяет увидеть, что человек может и чего пока не умеет. Отец Александр описывает опасность считать свои хорошие поступки основанием для особого положения. Попытка поступить по заповеди часто обнаруживает совсем другое: человек замечает в себе раздражение, тщеславие и нежелание уступать.

Он связывает этот опыт со смирением. Человеку важно увидеть собственный поступок и то, что мешало действовать иначе. Дальше разговор переходит к вопросу, что помогает продолжать такую работу, если у человека исчезло чувство новизны и он не ощущает прежней радости от церковной жизни.

Иерей Александр Пермяков. В притче в одну сеть попадает разная рыба. Отец Александр предлагает видеть в этой картине возможность для людей меняться благодаря совместной жизни. Он обращается и к посланию Павла, который говорит об одном теле и в то же время видит, что среди его собеседников есть люди с очень разным духовным опытом.

Слушатели спрашивают, что происходит, когда вера перестаёт приносить прежнюю радость. Отец Александр говорит о периодах, в которые человек ощущает себя беспомощным. В такой ситуации он предлагает помнить, что уже было в его жизни, и по возможности сохранять принятое решение. Постоянство, о котором он говорит, видно в конкретных делах и не требует сохранять одно и то же настроение.

Иерей Александр Пермяков. У человека может быть несколько решений, которые подходят для его жизни. Само существование других вариантов не делает выбранный путь ошибкой. Сначала отец Александр предлагает посмотреть, к каким поступкам ведёт выбор и какую ответственность человек за него несёт.

Потом он различает радость от занятия и долг перед близким. Для пояснения говорит о случае, когда человеку хочется посвятить себя одному делу, но его мать нуждается в помощи, а обратиться ей больше не к кому. Тогда долг меняет порядок действий. Отец Александр добавляет, что радость от дела тоже имеет значение, если она не требует отказаться от необходимой заботы.

В конце он оговаривает, что исключительные биографии сами по себе не дают общего правила выбора. В качестве библейского примера звучит история Иова. Последние реплики возвращают слушателей к вопросу о том, что человек способен увидеть в собственных обстоятельствах, где одного готового ответа может не быть.